blagin_anton (blagin_anton) wrote,
blagin_anton
blagin_anton

Categories:

Иногда этих "детей дьявола", говорящих ложь, просто опасно читать или слушать! Можно с ума сойти!

Продолжение. Начало здесь: https://blagin-anton.livejournal.com/1040080.html


В завершение темы кусочек правды о блокадном Ленинграде. 











Отрывок из книги Светланы Магаевой "На краю жизни"


ЧУДО ВЫЖИВАНИЯ БЛОКАДНИКОВ


Наше выживание в экстремальных условиях блокады подобно чуду. По решению Гитлера Ленинград должен был исчезнуть с лица земли, а его жители — уничтожены все до единого. Для выполнения приказа были задействованы огромные силы, но, несмотря на жестокие бомбовые удары и артиллерийские обстрелы, город выстоял.


То, что не удалось воздушной агрессии, должен был сделать голод. В «Блокадной книге» А. Адамовича и Д. Гранина приводится высказывание немецкого профессора Цигельмайера — бывшего консультанта Вермахта по проблемам питания армии. Сопоставив скудные запасы продовольствия с численностью населения блокированного города и исходя из представлений науки о минимальных нормах питания, профессор высчитал сроки поголовного вымирания населения


В справке, подготовленной для немецкого командования, он утверждал, что на таком мизерном пайке люди не могут жить дольше месяца, и советовал не рисковать жизнью немецких солдат и не тратить боеприпасы. На послевоенной конференции по вопросам питания Цигельмайер недоуменно спрашивал советского специалиста профессора А. Д. Беззубова: «Как вы выдержали? Как вы могли? Это совершенно невозможно… Я… старый пищевик. Я не понимаю, что за чудо у вас произошло?» [Адамович А., Гранин Д. Блокадная книга.— М.: «Советский писатель». 1982. — С. 29—30.].


Да, наше выживание было Чудом. Голод и стужа первой блокадной зимы, бомбежки и обстрелы обрекли нас на смерть. И тем не менее в живых осталось более полумиллиона ленинградцев. Многие блокадники, взрослые и дети, неоднократно впадали в голодный обморок с длительной потерей сознания и все-таки выживали!


Другое чудо, недоступное объяснению науки, — отсутствие эпидемий в блокированном Ленинграде. Должно быть, это единственный случай в истории осажденных городов. Немецкие ученые были убеждены, что инфекции непременно будут. По приказу Гитлера и директиве верховного главнокомандования ни один немецкий солдат не должен был вступать в осажденный город в связи с опасностью заражения. Действительно, к весне 1942 года в Ленинграде сложилась тревожная ситуация. Обессиленный город лежал в руинах и нечистотах. Не было воды, канализация не работала. Блокадников одолевали полчища насекомых. И тем не менее повальных заболеваний не было, хотя отдельные вспышки инфекций возникали.


Всемирно известный эпидемиолог Андрей Яковлевич Алымов пытался разгадать этот феномен. Полковник медицинской службы Алымов был Главным эпидемиологом флота. Зимой 1941/42 года он жил в Ленинграде, то есть в одном из самых эпидемически опасных мест страны. Его резиденция находилась на 16-й линии Васильевского острова.


В лаборатории профессора Алымова из паразитов высевались возбудители сыпного тифа. Подопытные мыши, зараженные тифозными возбудителями, заболевали и погибали, а люди не заболели. Каждое утро Андрей Яковлевич просыпался в тревоге, с ужасом ожидая сообщения об эпидемии. Их начало стало бы концом жизни блокадного города. Наступил апрель, эпидемий не было. Не было их и в мае, и дальше. Может быть, возбудители инфекций не могли размножаться в организме дистрофиков? Но лабораторные мыши были тоже истощены, и тем не менее они заболевали и погибали при типичных признаках инфекции, а люди как-то держались… Непостижимо!


Эта загадка занимала члена-корреспондента Академии медицинских наук А. Я. Алымова и после войны. Работая в его лаборатории, я добросовестно изучала многотомный «Опыт советской медицины в Великой Отечественной войне» и тематические сборники военного времени по инфекционным болезням в поисках данных о соответствующих изменениях механизмов противоинфекционной защиты организма и не находила нужных нам сведений. Как-то раз Андрей Яковлевич, анализируя мои записи, задумчиво сказал: «Должно быть, Кто-то хранил Ленинград от эпидемий…» — и выразительно посмотрел вверх.


Надо учесть, что Андрей Яковлевич происходил из старинного рода священников. Я подумала, что в своей оценке отсутствия эпидемий он был убежден в Божьем промысле, хотя прямо об этом не сказал. Время было неблагоприятное для открытых признаний. Но я знаю, что Бог всегда оставался в душе Андрея Яковлевича и хранил его во время работы в эпидемических очагах и в экспериментах с самозаражением возбудителями особо опасных инфекций. Учёный многократно проводил такие опыты для испытания вакцинальных препаратов перед внедрением их в клинику. Мнение профессора Алымова о причине отсутствия эпидемий в осаждённом Ленинграде дорогого стоит.


Убеждена, что для блокадников старшего поколения христианство было поддержкой и опорой в тяжелых испытаниях. Для моих сверстников, не получивших религиозного воспитания в детстве, чудо нашего выживания со временем стало основанием для веры в Бога и приобщения к христианству, человеколюбивые принципы которого помогли нам выжить в блокадное лихолетье.


Потребность помогать ближнему выросла из горького блокадного опыта. Без взаимопомощи блокадники не смогли бы выжить. С годами мы осознали, что усвоенный нами спасительный принцип взаимной поддержки удивительным образом совпадает с христианской заповедью — и это не случайное совпадение.


Многие жители осаждённого города продолжали работать до последних сил, а потом до самых последних… Люди, патрулировавшие промерзшие дома в поисках осиротевших детей, по утрам, колоссальным усилием воли превозмогая голод и слабость, заставляли себя встать с кровати и шли за хлебным пайком для обессилевших, истощённых голодом детей и стариков. С неимоверным трудом преодолевая желание лечь и больше не вставать, они шли на свою ежедневную непосильную, но крайне необходимую работу, от которой зависела жизнь сотен тысяч людей…


Мы пережили тяжкие муки голода и стужи, ожидания насильственной смерти от бомбы или снаряда, потерю родных и близких, страх за судьбу Ленинграда и страны. Мы находились на самом краю жизни и смерти, в пограничном состоянии, определяемом как «жизнь на минимальном пределе».


И все-таки мы выжили, мы смогли выжить. Должно быть, наше спасение так и останется Чудом, противоречащим закономерностям науки.


В спасении более 600 тысяч блокадников решающее значение имели человеческие достоинства ленинградцев: чувство долга, чести и сострадания, способность к жертвенному подвигу во имя жизни родных, близких и даже малознакомых людей, остро нуждающихся в помощи.


Своим выживанием Ленинград обязан защитникам города, властным структурам, поддерживавшим жизнь на том критическом уровне, который при прочих равных условиях позволил продержаться сотням тысяч блокадников. Беспримерный подвиг в истории осаждённых городов совершили работники медицинских учреждений по спасению умирающих от голода и холода в стационарах. Тем не менее в условиях поголовной алиментарной дистрофии и отсутствия элементарных коммунальных услуг этой помощи явно недостаточно для объяснения возможности нашего выживания. Далеко не все ленинградцы попадали в стационары, где их обогревали, вводили остро дефицитную глюкозу (в дозе, явно недостаточной для устойчивого выживания) и как-то подкармливали из скудных источников.


Блокадники моего поколения никогда не смогут забыть страдания, пережитые в детстве и юности. Мы не должны предать их забвению, это не предусмотрено законами биологической и социальной памяти. Забыть блокаду не позволит память о погибших мучениках, о страдальцах, преждевременно ушедших из жизни в связи с блокадными недугами.


Память о блокаде ледяной глыбой застыла во многих из нас. И тем не менее блокадные муки, вернее, люди, помогавшие выжить, оставили добрый след в нашей памяти. Они научили нас ценить жизнь и сострадать горю ближних и дальних. Они научили нас относиться друг к другу по-христиански.


Видимо, неосознанным христианским началом, окрепшим в блокадных страданиях, объясняется и наша терпимость к поверженному врагу. Даже сразу после войны мы не испытывали испепеляющей ненависти к немецкому народу и смотрели на пленных немцев со странным для блокадников сочувствием. Первая колонна пленных немцев прошла по Ленинграду после снятия блокады. Это были несчастные, изможденные люди. Какая-то женщина дала молодому солдату, почти мальчишке, кусочек хлеба. Её никто не осудил: понимали, что не все немцы — фашисты.


Бывшие ученицы 17-й средней женской школы (19-я линия Васильевского острова) помнят неожиданное чувство сострадания к пленным солдатам, старикам и мальчишкам из гитлерюгенда последнего призыва, разбиравшим развалины разбомбленного дома. Это было зимой сорок шестого года. Исхудавшие люди, в жалких лохмотьях вместо одежды. Обмороженные носы, уши, пальцы. Голодный, потухший взгляд. Нет, они не просили, но молча молили глазами дать хоть что-нибудь поесть. В первый послевоенный год мы жили впроголодь, но они были голоднее нас. И как-то само собой получилось, что мы стали подкармливать их корочкой от скудного завтрака, невольно выбирая самых старых и юных. Пленные жадно проглатывали еду и без конца повторяли: «Danke schön, danke schön», поспешно добавляя: «Гитлер капут, Гитлер капут». И, ища сочувствия детей, которых едва не удушили блокадой, показывали фотографии своих мам, отцов или детей…


Да, мы ненавидим фашизм за наше мученичество в детские годы, но немцев как нацию мы возненавидеть не смогли. Мы не испытывали мстительного зла за украденное детство и искалеченную жизнь. Чувство ненависти к поверженному врагу миновало нас. Но должна признаться, что простить злодеяния фашистов мы никогда не сможем — не сможем во имя будущего.


Новые поколения забывают историю или даже искажают прошлое в угоду корысти, вопреки заповедям христианства. Поэтому нам остаётся уповать и надеяться на Господа. Господи! Не допусти нигде в мире повториться чему-либо подобному мукам ленинградской блокады. С этой выстраданной молитвой мы и живём.


Источник


В дополнение к этой грустной теме я могу ещё предложить читателю свою философско-историческую статью "Немцы, немцы, как же мне вас жаль..." Загляните по ссылке, уверен, не пожалеете!


12 октября 2018 г. Мурманск. Антон Благин


Комментарии:


Юрий Паршин: не отрицаю блокаду Ленинграда. Но с отоплением в городе ничего не понятно. Как и с работой заводов и отправкой военной продукции на "большую землю". Кто-то может показать на многочисленных фотографиях хотя бы одну торчащую из окна трубу печки-"буржуйки"? Хотя бы одну?


Дядя Фёдор: Сергей Морозенко "забыл", что в домах образца 30-40х годов  существовало встроенное печное отопление, которое стали разбирать лишь в 50-70х годах.


Антон Благин: Сергей Морозенко сначала вбросил ложный тезис "откуда могли взяться в блокадном Ленинграде в десятках тысяч квартир печки-буржуйки?", потом сам же его разоблачил: "ниоткуда! Не было никаких печек-буржуек!" Мне хорошо знаком этот приём. Это чисто жидовский приём: сначала даётся ложный тезис, который выдаётся за правду, за само собой разумеющееся, потом даётся разоблачение тезиса, мол печки-буржуйки должны быть, но их не было!!! И все, кто "купился" на ложный тезис, оказываются в дураках! Как Юрий Паршин, например!


Железных печек-буржуек действительно не было в десятках тысяч квартир и домов в Ленинграде, ...потому что дома имели с постройки встроенные кирпичные печи, служащие и для обогрева жилища, и для приготовления пищи!


Вот тому доказательства и полное разоблачение ложного тезиса Сергея Морозенко, на котором он сварганил свою безумную теорию:










Надеюсь, я также ответил на вопрос, "почему на многочисленных фотографиях, сделанных в блокадном Ленинграде, не видно торчащих из окон труб печек-буржуек?" 


Их не видно потому, что на крышах домов, где им и положено быть, есть трубы печей, установленных в квартирах с момента постройки зданий!










Зачем в этих домах нужны печи-буржуйки?!


P.S.


Я увидел вдруг неожиданное продолжение темы "блокада Ленинграда". Всё свидетельствует о том, что я не зря поставил диагноз: "это дела детей дьявола":


КОЩУНСТВО


Репост Михаила Сущева.


Автор текста: Lucy Dickerson










Вот уже два потенциальных фильма о блокаде Ленинграда намечаются…Один «об ужасах войны» от Звягинцева, второй — «чёрная комедия» от Красовского










Создатели российских фильмов Красовский и Звягинцев.


Совпадение? 


Сомневаюсь, вполне просчитанные, целенаправленные действия по разрушению нашей коллективной памяти и переформатированию сознания…


Ну про Звягинцева писать ничего не нужно — всё уже написано, ибо всё уже посмотрено, переварено и исторгнуто и отторгнуто здоровыми организмами… Вроде наших с вами…


Можно с уверенностью на 99.99 процента предсказать, что «ужасы войны» Звягинцевым будут показаны в контексте каннибальствующих граждан, брошенных на произвол судьбы партийными аппаратчиками и проклятыми НКВДшниками, которые, в отличие от каннибальствующих граждан, будут пить, жрать и успешно торговать на чёрном рынке… Все это будет происходить на фоне замерзших улиц и выстуженных комнат, в которых главная героиня будет застывшими пальцами переворачивать страницы поэтического сборника, перед тем как отправить его в буржуйку для того, чтобы натопить воды из снега в помятом котелке или старом чайнике, в то время как в Ленинградском обкоме, в натопленной комнате мордатый партиец в валенках будет жрать бутерброд с салом. Видели, знаем, не первый год с мусью Звягинцевым и его «творчеством» знакомы…


Но «чёрная комедия»… Это уже даже за пределами гипотетических кошмаров в стиле сна разума, которые некоторые деятели от искуйства выдают за творческий процесс….


Как вообще может прийти в голову идея о создании чёрной комедии на трагедии, унёсшей жизни почти миллиона ленинградцев?


Кому вообще это может прийти в голову?


Каким выродкам и манкуртам совесть позволит профинансировать подобное кощунство?


А это именно кощунство, в самом буквальном, литературном, смысле этого слова…


Миллион наших сограждан был заморен голодом не коммунистами, не НКВД, не Сталиным… Они были уничтожены нацистами…


Город должен был быть стёрт с лица земли… Эти люди, уж простите меня за высокопарность, были мучениками… И вот на костях этих мучеников какое-то глумливое животное собирается снимать «чёрную комедию» о том, как семейство аппаратчиков не знает, как сварить себе курочку на Новый год?


Кто согласился в этом сниматься? Как это вообще возможно?


Когда люди потеряли совесть до такой степени, что даже сама идея подобного глумления над подвигом наших людей перестала казаться невообразимой?


И что ждёт страну, в которой подобное глумление, пусть даже и снятое на частные деньги, вообще возможно?! 


Мне кажется, что ничего хорошего не ждёт Россию… А ведь совестливость и сострадание были основными чертами архетипа русского и советского человека…


Были… Источник.


По поводу того, что "можно с уверенностью на 99.99 процента предсказать, что «ужасы войны» Звягинцевым будут показаны в контексте каннибальствующих граждан..." Я тоже уверен, что этот "сын дьявола", работающий режиссёром-постановщиком художественных фильмов, и уже "прославившийся" на весь мир своей блевотной картиной "Левиафан", будет переносить на "гоев" то, что присуще людям его крови, его ментальности, а именно людоедство. Почему оно им присуще, очень хорошо объяснил во время лекций в американском Бруклине пропагандист людоедства Михаил Матаев: https://youtu.be/nFXc7AIRYA0


Прошу всех вменяемых людей поддержать эту статью хотя бы лайком. Можете сделать репост — сделайте! Можете разместить в платной рекламе (ПРОМО) — разместите!


Subscribe
promo blagin_anton november 27, 2015 01:08 158
Buy for 50 tokens
25.11.2015 я был в районном суде города Мурманска, куда меня пригласили по повестке как автора книги "Апокалипсис наступит завтра". "Центр противодействия экстремизму по Мурманской области" относительно недавно передал в Прокуратуру Мурманской области целое…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments